Воскресенье, 17.12.2017, 01:39
Сиреневый мир
Главная | Остров Русалок - 2 - Страница 9 - Форум | Регистрация | Вход
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 9 из 10«1278910»
Форум » Творчество » Фанфикшн: продолжающиеся проекты » Остров Русалок - 2 (Жанр: драма, романтика, приключения. Рейтинг: PG.)
Остров Русалок - 2
AnattaДата: Пятница, 16.05.2014, 09:02 | Сообщение # 121
Морской гребешок
Группа: Друзья
Сообщений: 88
Награды: 16
Репутация: 1
Статус: Offline
Иден_Парризи, не надо отчаиваться! Я помню про этот фанфик и твёрдо намерена его закончить, тем более, что до окончания остаётся совсем немного: ещё одна глава и эпилог.
Да, связь между Крузом и Иден, конечно, осталась. Так быстро она оборваться не могла.
Детишки с Иден и останутся, об этом будет сказано в эпилоге ;)
Круз понял, что накосячил, так как у него после расставания с Келли было достаточно времени обдумать свои поступки. Он твёрдо вознамерился разыскать Иден и загладить вину любой ценой. Да, был уверен, что всё ещё возможно вернуть... И тут вдруг Иден нашлась сама, а его ждал такой неприятный сюрприз в лице внезапно воскресшего Роберта. Тем не менее, Круз побеседовал с Чипом. Пусть это будет считаться частичным исправлением его ошибок :)
Спасибо за уточнение! flower  Исправила ту фразу.

Happiness, спасибо! flower  Коллаж очень красивый, буду на него смотреть почаще, чтоб вдохновение никуда не убежало :)
 
Иден_ПарризиДата: Пятница, 16.05.2014, 22:33 | Сообщение # 122
Морская звезда
Группа: Модераторы
Сообщений: 819
Награды: 7
Репутация: 3
Статус: Offline
Жду с нетерпением продолжения! flower

Самая наивная сиренка в больших сиреневых очках и большом сиреневом пузыре
 
AnattaДата: Понедельник, 19.05.2014, 11:35 | Сообщение # 123
Морской гребешок
Группа: Друзья
Сообщений: 88
Награды: 16
Репутация: 1
Статус: Offline
Глава будет выкладываться частями по мере готовности текста.

Глава 22


Наша земля


- Почему вы прячетесь? - удивлённо спросила я. - И что делаете в Санта-Барбаре?

- Именно то, что вы сказали сеньора: скрываюсь от людей Альвареса. Они должны привыкнуть к мысли, что я мёртв. Перестать в этом даже сомневаться.

- Но как вы спаслись? Когда мы вернулись в тот день из тоннелей, в доме всё было вверх дном перевернуто, а пол залит кровью, словно в гостиной кого-то убили…

- Да, убийство там действительно свершилось, - невесело усмехнулся Сантьяго. – Только жертвой оказался не я. Отправился к праотцам Санчес, присланный проверить, не остался ли на острове кто-нибудь живой.

- И он был настолько любезен, что, сыграв в ящик, благородно доставил вас в Санта-Барбару? - не удержался Сиэло от язвительной реплики. – Ты нас, Лопес, за идиотов держишь?!

Сантьяго широко ухмыльнулся.

- Шутник ты Карвалио! Люблю весельчаков. Сам-то чего в Штатах застрял? Насколько помню, ты собирался вытащить сеньору Кастильо с острова и вернуться к своей невесте, или я ошибаюсь?

- Сейчас речь не обо мне, - сухо отозвался Сиэло.

- О, безусловно! Я только надеюсь, что ты не испортишь жизнь ещё одной замечательной женщине.

Я поняла, что пора срочно разрядить накалившуюся атмосферу.

- Сеньор Лопес, - торопливо заговорила я, - поймите, мы долгое время очень переживали за ваc, в то время как вы были живы и могли дать о себе знать…

- Оба? – не переставая хитро улыбаться, он быстро указал пальцами на нас двоих. – Да ладно. В то, что переживали вы, сеньора, я поверю, но вот в то, что за меня беспокоился ваш друг – с трудом! Впрочем, если вам так любопытно, я расскажу, как мне удалось миновать горькой участи оказаться похороненным на дне океана. В тот день за мной прислали двоих: Игнасио Санчеса и Гонсало Мендеса. Первый быстро обнаружил моё местоположение по тянувшимся от озера следам, выудил из подвала дома и собрался вернуть мою грешную душу в преисподнюю, однако не учёл того, что Мендес был мне жизнью обязан после «зачистки» в Колумбии, и давно собирался тот долг вернуть. Когда Санчес попытался меня пристрелить, Мендес выбил у него из рук винтовку. Они сцепились врукопашную. Во время драки из пальцев Гонсало выскользнул нож и оказался возле моих ног. Этим клинком я прикончил Санчеса. Мендес вытащил тело убитого из дома, погрузил в вертолёт, запихнул меня на соседнее сиденье, и мы покинули остров. Я говорил Мендесу, что на Сиренас остались ещё двое, кого надо бы вытащить, но мой товарищ отозвался, что спасать больше никого не намерен. Мы затопили вертолёт у берегов одного из необитаемых островов, Мендес помог мне доплыть до суши, точнее, дотащил на своей спине. Воспользовавшись припрятанной на том острове на чёрный день рыбацкой лодкой, мы отправились на материк. Из Панамы ближайшим рейсом по новым документам вылетели в Мексику. Из клиники Мерида, куда меня доставил Мендес, я просигналил по телефону надёжному человеку, чтобы он при случае наведался на Сиренас и вытащил оттуда застрявших после шторма мужчину и женщину. Естественно, правду о случившемся я никому рассказывать не собирался. Выписавшись из больницы, я перебрался в Штаты. Устроился работать на заправку... Верите вы мне или нет, сеньора, но я очень рад видеть вас целой и невредимой! Хорошо, что вы тоже спаслись.

- Исключительно своими силами, - холодно прокомментировал Сиэло. – Фернанда и Маркус подобрали нас в океане, когда мы на самодельной лодке пытались достичь Санта-Клары. Так что ваш «надёжный человек» в спасении не участвовал.

- А я всё равно рад, - ничуть не смутился Лопес. – Главное, что вы живы.

И тут меня посетила новая мысль:

- Человеком, которому вы передали информацию о нас, была, случайно, не Лаура?

Сантьяго почесал переносицу, продолжая лукаво улыбаться.

- Почти угадали. Мой поверенный, не упоминая моего имени, должен был найти способ связаться с ней и передать сообщение. Лауре я доверяю полностью. Она бы вас точно вытащила, даже если бы вы были для неё посторонними людьми! А уж фамилия Карвалио точно заставила бы её проделать путь до Северного Ледовитого океана…

- Моя фамилия? – поразился Сиэло. – Но зачем этой Лауре спасать меня?!

- Лаура – это Фернанда, - пояснила я.

- Ничего не понимаю, - опешил Сиэло. – Фернанда никогда не упоминала, что некогда носила другое имя!

Лопес рассмеялся.

- Да, представь, Карвалио: твоя невеста не поделилась с тобой очень многими событиями из своего прошлого! Разойдёшься теперь с ней  из-за этого?

Сиэло скрипнул зубами.

- К вашему сведению, Лопес, мы уже расстались.

Лицо Сантьяго вытянулось.

- Это правда?

- Да, - подтвердила я. – Мы с Сиэло помолвлены и собираемся пожениться.

Пока Сантьяго переваривал новость, Сиэло тронул меня за руку.

- Идём. Нам пора.

- Подожди минутку…

Я снова повернулась к Сантьяго и серьёзно спросила.

– Почему вы сейчас не с ней? Вы хоть сообщили о том, что живы?

- Ей лучше начать новую жизнь, - отводя глаза, произнёс Сантьяго. - Что я могу ей дать? Рабочий на автозаправке и бывший бандит: вот завидный жених!

- Как вы можете?! - задохнулась я. - Она любит вас и оплакивает вашу смерть! Вы мучаете любимую женщину и отсиживаетесь тут из страха прийти и поговорить с ней! Такому поведению нет оправданий!

- Сеньора... Лауре в самом деле лучше найти кого-то другого …  Она уже смирилась с моей смертью. Она считала меня погибшим с семнадцати лет на самом деле...

- Ушам не верю! – вырвалось у меня. – И такое я слышу от вас?!

- Иден, тебе нельзя волноваться, - снова вмешался Сиэло, но я понимала, что если сейчас не выскажу Лопесу всё, то буду нервничать гораздо сильнее.

- Лаура всё отдала бы, лишь бы ещё раз увидеть вас живым! Это её единственное желание! Никого из мужчин, с которыми её сводила судьба, она не любила так, как вас! Она до сих пор хранит ту жемчужину! Видите, - я вынула из-за пазухи медальон и раскрыла его, показывая, что внутри ничего нет. – Она отдала мне эту вещь, но забрала то, что для неё имело гораздо большую ценность! Это вам по-прежнему ни о чём не говорит?!

Сантьяго во все глаза смотрел на меня:

- Вы невероятная женщина. Второй раз вмешиваетесь в мою судьбу и коренным образом пытаетесь ее изменить.

- Только потому, что желаю вам счастья! Вы заслуживаете его! И знайте, что от вас зависит судьба ещё одного человека! Возможно, если Лаура увидит вас живым, то найдёт в себе силы простить свою мать, разлучившую вас много лет назад!

- Вы и это знаете, - пробормотал Сантьяго. – Даже не верится, что Лаура говорила с вами об этом …

- Она не говорила! Я не знаю многих подробностей, просто о чём-то случайно догадалась, но я вас очень прошу, не заставляйте её всю жизнь считать вас погибшим! Это слишком жестоко. Лаура такого не заслужила, что бы между вами ни произошло прежде! Даже если вы оба решите не продолжать отношения, вы должны поговорить и принять это решение вместе. Только такой поступок будет честным и правильным.

- Это вам так кажется, - медленно произнёс Сантьяго, не глядя на меня. – Поймите и вы, есть множество обстоятельств, о которых вы не знаете, сеньора... Тем не менее, спасибо, что беспокоитесь за нас. Я этого не забуду. Кстати, я заправил ваш автомобиль. Залил полный бак. Вы можете ехать.

***


Некоторое время после того, как мы покинули автозаправку, Сиэло молчал, а потом неожиданно спросил.

- Зачем она согласилась выйти за меня, если любила Лопеса? Не понимаю.

- Не всё так просто, - вздохнула я. – Фернанда и тебя любила. Не так, как его, конечно, но это тоже была любовь. Она хотела заботиться о тебе, думала, что вы будете счастливы. Но Сантьяго... вечная боль её сердца. Она его никогда не забудет, сколько бы лет ни прошло. Боюсь, они никогда не смогут найти друг другу замену. Надеюсь, он поймёт это раньше, прежде чем они оба совершат новую ошибку, начав очередные бесперспективные отношения с кем-то ещё.

- Теперь ясно, почему он злился, - Сиэло крепче вцепился в руль. - Полагал, что я разлучил его с любимой женщиной! Но почему не попытался вмешаться, ничего не сказал и не боролся за неё?! Даже сейчас, когда преград больше нет, он сомневается, что им стоит быть вместе! Впрочем, и я сомневался, - вдруг вспомнил Сиэло. – Если бы ты не развеяла мои сомнения, неизвестно, чем бы дело закончилось!

- Лаура даже не знает, что её любимый жив и не может ничего предпринять. И я не уверена, что имею право сообщить ей эту новость! Вдруг Сантьяго завтра сбежит из Штатов или ему взбредёт в голову связаться с очередной мафиозной группировкой? Я слишком мало его знаю, чтобы предвидеть дальнейшие поступки... Если он опять сбежит, получится, что я просто разбередила старую рану Фернанды.

- Да, ты права, - кивнул Сиэло. – Надеюсь, в ближайшее время этот нахальный тип одумается и возьмёт билет до Акапулько.

- Я тоже на это надеюсь, – со вздохом призналась я.

Добавлено (19.05.2014, 11:35)
---------------------------------------------
Тем вечером я решила поговорить с Сиэло на другую волнующую меня тему. Я не отказывалась от идеи сыграть свадьбу на Лас Сиренас и остаться жить там в будущем, но меня беспокоила разлука с детьми, и я поделилась своими опасениями. Cиэло задумался, а потом серьёзно произнёс:

- Что ж... Мы с тобой вполне можем позволить себе иметь ещё один дом здесь. Пока Чип, Адриана и наш малыш не подрастут, будем жить в Санта-Барбаре, лишь время от времени отправляясь на остров. Кроме того, мы можем брать детей с собой, если сеньор Кастильо не будет против. В конце концов, для меня главное, что мы вместе, а станем ли мы жить в Штатах, Канаде, Панаме или Новой Зеландии – это не столь важно!

Его ответ согрел мою душу.

На следующий день Сиэло связался с риэлтором, чтобы начать поиски подходящего дома, и через месяц проблема была решена. Мы нашли двухэтажный коттедж на берегу океана всего в получасе езды от дома, где жил Круз с детьми.

***

На свадьбу приехали все приглашённые без исключения. Даже Тед с Лили ради такого случая решили вернуться из своего бесконечного путешествия по странам Азии. Радости этих двоих, когда мы встретились в доме Кэпвеллов за неделю до отлёта в Панаму, не было границ. Они не рассчитывали увидеть меня живой, а тут их внезапно на свадьбу пригласили!

Меня снова тискали в объятиях – правда, с осторожностью, учитывая моё положение – и расспрашивали обо всём случившемся за последний год. И я опять повторяла, теперь уже для них, историю своего выздоровления и встречи с Робертом, а они изумлялись и не могли поверить, что подобное возможно. Но им пришлось верить: невозможное происходило на их глазах.

***

Из аэропорта Панама-сити нас забрали четыре лимузина и отвезли в один из лучших отелей столицы, где Сиэло забронировал разом все VIP-номера, чтобы не ударить в грязь лицом перед Си Си.

Утром следующего дня Келли и Джулия помогли мне переодеться в свадебное платье, привезённое на заказ из Лос-Анджелеса. Затем в дверь постучала парикмахер – симпатичная девушка-мулатка. Она почти час колдовала надо мной, стараясь привести в божеский вид то, что несколько месяцев тому назад было испорчено моей же рукой. Волосы уже отросли до приемлемой длины, но всё равно требовалось вмешательство профессионала, чтобы превратить неровные пряди в красивую причёску.

Из отеля те же лимузины доставили нас к причалу, где на волнах ждала огромная трёхпалубная яхта с небесно-голубыми парусами.

Я поднялись на борт под руку с отцом. Чип и Саманта сзади несли мой шлейф.

Оркестр заиграл третью сюиту Баха, и под первые звуки с борта ввысь взмыла стая голубей.
 Следом, кружась, вылетели разноцветные бабочки, а с одной из мачт вниз на нас посыпались лепестки роз и соцветия бугенвилий.

- Мам, мы в раю? - восхищённо спросил Чип.

- Да, милый. По крайней мере, я именно таким рай и представляла, - ответила я, обернувшись к нему.

Адриана на руках Софии восторженно замерла, глядя в небо на улетающих птиц.

- Мам, если это рай, тогда ты – ангел, - неожиданно добавил Чип, и на моих глазах невольно выступили слёзы.

Я поняла, что мой мальчик больше не обижается на меня, а, значит, всё у нас будет хорошо!

На носу корабля нас ждал священник и… те, кого я вовсе не ожидала увидеть. Мне улыбались и приветственно махали руками несколько знакомых рыбаков из Санта-Клары, Маркус с сыновьями, но, самое главное, неподалёку на палубе стояли, обнявшись, сияющие Сантьяго и Фернанда! Они подняли вверх свои левые руки, демонстрируя мне обручальные кольца, и поцеловались, давая понять, что всё у них в порядке.

Я громко ахнула и рассмеялась. Невероятно! Эта парочка умудрилась опередить даже нас, хоть мы с Сиэло очень торопились, чтобы успеть пожениться раньше, чем станем родителями или моё интересное положение станет очевидным для посторонних. Встреча с Сантьяго и Фернандой стала одним из лучших сюрпризов того дня, хотя и всё остальное врезалось в память на долгие годы…

Священник, прибывший из Панама-сити, благословил нас традиционными словами из Библии, и я в то безоблачное утро стала «сеньорой Карвалио». Впрочем, я ничуть не сожалела о том, что вынуждена носить «чужую» фамилию. Куда сильнее меня волновало, вспомнит ли Сиэло своё настоящее имя после свадебной церемонии. Я от всей души надеялась, что яркие эмоции сегодняшнего дня помогут ему. Мне так хотелось, чтобы этот волшебный день закончился последним и самым желанным чудом.

А пока… Яхта благополучно отчалила от берега, взяв курс на Лас Сиренас, в тот момент, когда падре торжественно разрешил жениху поцеловать невесту.

В объятиях друг друга, в сопровождении друзей и близких мы возвращались на землю, видевшую самые счастливые и самые горькие моменты нашей жизни.

Возвращались вместе.


Сообщение отредактировал Anatta - Понедельник, 19.05.2014, 11:36
 
Иден_ПарризиДата: Вторник, 20.05.2014, 00:04 | Сообщение # 124
Морская звезда
Группа: Модераторы
Сообщений: 819
Награды: 7
Репутация: 3
Статус: Offline
Вот и свершилось!



Нашла коллаж Sweet and Simple. Очень подходит к этой главе. Вроде не Роберт и не Куинн, чем не Сиэло?

Я даже была уверена, что это последняя глава, но ведь интрига впереди? Обретет ли Роберт снова себя?

Сиэло мне тоже нравится сам по себе и вот вопрос, если бы Сиэло оказался близнецом Роберта и вот сейчас, вдруг, явись перед ней Роберт, кого бы она выбрала?

Цитата
На свадьбу приехали все приглашённые без исключения. Даже Тед с Лили ради такого случая решили вернуться из своего бесконечного путешествия по странам Азии. Радости этих двоих, когда мы встретились в доме Кэпвеллов за неделю до отлёта в Панаму, не было границ. Они не рассчитывали увидеть меня живой, а тут их внезапно на свадьбу пригласили!


Рада, что у этих двоих все сложилось. Ибо по сериалу мне показалось, что они поженились друг на друге, ради того, чтобы кому-то что-то доказать. Не видела их любви. Лили изначально да, была влюблена, пока Рейф не завладел ее сердцем. Нравилась мне эта линия. Жаль, что свернули. В общем, сериал если бы не закончился, Рейф бы снова возник в их жизни. Но а в этом фике они, видимо, преодолели эту преграду.

Лили, все же, молодец. Радуется вместе с Тедом из-за того, что Иден объявилась, хотя не помню особой любви между этими двоими. А в поздней СБ они не пересекались.

Жду продолжения!


Самая наивная сиренка в больших сиреневых очках и большом сиреневом пузыре
 
AnattaДата: Понедельник, 26.05.2014, 01:06 | Сообщение # 125
Морской гребешок
Группа: Друзья
Сообщений: 88
Награды: 16
Репутация: 1
Статус: Offline
Ещё как подходит!  heart Отличный коллаж, где Роберт похож на Сиэло, каким я его себе и представляла в процессе написания!

Конечно, Роберт вернёт свою память. Иное развитие событий было бы попросту несправедливым.


Цитата
если бы Сиэло оказался близнецом Роберта и вот сейчас, вдруг, явись перед ней Роберт, кого бы она выбрала?

Непростой вопрос! Если бы вдруг каким-то образом сейчас выяснилось, что Сиэло - тоже близнец Роберта, а потом появился и настоящий Роберт, то Иден точно предстоял бы трудный выбор. Роберту пришлось бы всерьёз побороться за Иден с собственным братом. Кто его знает, как бы там всё вышло? Но в этом новом "треугольнике" они бы все тоже намучились изрядно.


Цитата
Но а в этом фике они, видимо, преодолели эту преграду.
Да, конечно, я себе представляю Теда и Лили здесь только вместе и непременно счастливыми, как и остальных персонажей! :)


Цитата
Лили, все же, молодец. Радуется вместе с Тедом из-за того, что Иден объявилась, хотя не помню особой любви между этими двоими. А в поздней СБ они не пересекались.
 Никогда не поздно выстроить дружеские отношения "с нуля" ;) Тем более, Лили теперь - жена Теда и член семьи Кэпвеллов

Добавлено (26.05.2014, 01:06)
---------------------------------------------
Вторая часть 22 главы.

Остров ещё не восстановили полностью, но в той части, куда мы прибыли, Сиэло постарался навести идеальный порядок.

На поляне располагались многочисленные шатры для гостей, чуть поодаль установили площадку для танцев. Сиэло нанял переодетых в персонажей мультфильмов актёров, чтобы развлечь детей.

После поздравлений и вручения подарков к нам подошли Фернанда и Сантьяго и подарили огромную корзину разноцветных лилий и орхидей.

- Если бы не вы, сеньора, - волнуясь, заговорил Сантьяго, - я бы вряд ли рискнул появиться в жизни Лауры снова! Спасибо, что встряхнули меня и заставили осознать размеры совершаемой глупости! Я вам по гроб жизни буду благодарен!

- Я была в тот день довольна резка с вами, вы уж простите, - я с немалым удовлетворением ощущала, какие замечательные эмоции теперь излучают эти двое: спокойствие, тишину, удивительную гармонию.

- Нет, вы сделали именно то, что нужно. И так, как нужно! – широко ухмыльнулся Сантьяго. – Наподдали мне по первое число - и правильно! А по-другому ничего бы и не вышло. Так что спасибо – от нас обоих!

Сантьяго приобнял Фернанду, и она доверчиво прижалась к нему. Впервые я видела эту женщину улыбающейся, без застарелой боли в глазах.

- Благодаря вам моей маме сейчас лучше, - заговорила Фернанда, обращаясь ко мне. – Она уже поправляется. Врач сказал, ничего страшного нет. Боли в сердце были результатом стресса. Мы с Сантьяго навестили её полтора месяца назад, и она благословила нас. Это было похоже на чудо. Я нашла в себе силы поговорить с ней и простить её. И Сантьяго больше не держит зла. Спасибо! Вы нас всех спасли, – неожиданно она шагнула вперёд и порывисто обняла меня, прошептав на ухо. – Роберт ещё не вспомнил?

- Нет, - так же тихо отозвалась я.

- Крепитесь. Думаю, это вопрос времени. Я уверена, у вас всё наладится.

- Я буду ждать его хоть всю жизнь, как вы - Сантьяго.

Фернанда разжала руки и отступила на шаг.

- Мы идём танцевать. Вы с нами?

- Позже, - отозвался Сиэло, опередив меня.

- Хорошо. Мы ждём! – и они затерялись среди танцующих.

***

- Их путь друг к другу занял целую жизнь, - задумчиво произнёс Сиэло, когда мы остались одни за столом.

- Ты всё знаешь? И как давно? – я склонилась щекой на его плечо, наблюдая за гостями.

Кто-то танцевал, кто-то оживлённо беседовал, кто-то играл с детьми на поляне.

– Месяц тому назад Фернанда и Сантьяго приехали на Сиренас. Им сказали, что я на острове, и они надеялись, что и ты со мной. Они хотели поблагодарить тебя за то, что ты совершила почти невозможное – снова свела их вместе. Если бы вы с Лопесом тогда не встретились в Санта-Барбаре, он продолжал бы валять дурака, полагая, что Фернанде лучше жить без него. Он удивительно упрям. До сих пор не верится, что тебе удалось переубедить его!

«Кого-то мне это напоминает», - подумала я, но благоразумно промолчала.

- И что же они тебе рассказали?

Сиэло тихо положил руку мне на живот, осторожно его поглаживая.

– Печальная у них история была. Очень. Ты расстроишься.

- Но теперь всё в порядке! Расскажи. Если они не попросили тебя молчать, конечно...

- Нет. Секретам конец. Они открыто поженились на глазах всей Санта-Клары.

- А раньше их отношения были тайной?

- И ещё какой! Впрочем, по сути, между ними и не было раньше никаких отношений, кроме платонической любви и дружбы. Сеньора Розалинда, Господь ей судья, устроила им незабываемое отрочество и юность. Они влюбились друг в друга, будучи подростками, но долгое время даже один другому не могли в этом признаться... Сантьяго в семнадцать был жестоко избит одноклассниками за то, что не позволял никому встречаться с Фернандой. Он оберегал её, как зеницу ока, провожал в школу и из школы, следил за ней, даже когда она гуляла со своими подругами. Фернанда не возражала против такого абсолютного контроля, зато остальных подростков мужского пола это невероятно злило. А Сантьяго продолжал упорствовать, даже после того, как однажды вечером группа одноклассников подкараулила его в укромном месте... Он отчаянно сопротивлялся, но их было двенадцать, а он один. Тогда-то ему и сломали переносицу и рёбра. А тётя Розалинда не только не посочувствовала, но, наоборот, сказала, что племянник получил по заслугам.

- Как она могла так относиться к нему?!  - возмутилась я. – И она не пыталась потом отыскать родителей тех подростков, чтобы привлечь хулиганов к ответственности?!

- О нет. С её точки зрения, те подростки были правы, а самым большим подлецом являлся как раз её племянник. Видишь ли, когда Сантьяго исполнилось семнадцать, по Санта-Кларе поползли омерзительные слухи, естественно, многократно преувеличенные и ничего общего с действительностью не имеющие, но они дошли до ушей всего взрослого населения Санта-Клары, в том числе до сеньоры Лопес и настроили её против племянника...

- Погоди, - замерла я. – Фамилия матери Фернанды – тоже Лопес?

- Да, а Фернанду звали Лаура Габриэла Лопес. В этом и заключалась суть разгоревшегося скандала. Аморальное поведение внутри одной из наиболее состоятельных семей посёлка. Инцест – отвратительное обвинение, но в данном случае оно было, ко всему прочему, абсолютно несправедливым. Сантьяго и пальцем Лауры не коснулся. Он любил её и молчал. Страдал и ненавидел себя. То же самое творилось с Лаурой. Они решились признаться друг другу незадолго до того, как Сантьяго выгнали из дома… Но, естественно, даже после той откровенной беседы ни о каких отношениях, кроме дружеских, между ними и речи не заходило. Бедные дети были уверены, что им эту любовь Бог послал, как испытание, в наказание за их грехи. И они должны терпеть и держать дистанцию, если уж вырвать свою греховную страсть из сердца не могут...

- Боже, – я прижала пальцы к губам. – Но они ведь не были родными! Да, родство близкое, но они могли бы пожениться! С определёнными оговорками в таких случаях даётся согласие на брак...

- Именно. Только сеньора Лопес не желала этих отношений. Много лет тому назад её младшая сестра Элен, живущая в Мадриде, собралась замуж за богатого аристократа, но внезапно обнаружилось, что она беременна от другого человека, с которым отец и мать категорически не позволяли ей связать себя узами брака. В семье уже имелся прецедент со старшей сестрой, выскочившей замуж за «совершенно неподходящего кандидата» и жившей в Бокас-дель-Торо, по их меркам, весьма скромно, и давно уже не слишком счастливо. Розалинда Исабель не оправдала их ожиданий, они сделали ставку на Элен. А тут такая катастрофа! И довольно большой срок. Врачи отказались делать аборт. Отец и мать перенесли свадьбу на полгода и под предлогом «лечения за рубежом» отправили Элен к старшей сестре в Панаму, где она и родила Сантьяго. Розалинда решила усыновить племянника, так как на тот момент ей уже было под тридцать, и врачи вынесли однозначный вердикт: бесплодие. С усыновлённым ребёнком супруги Лопес переехали в Санта-Клару, где через два года неожиданно появилась на свет Лаура. Естественно, ни Сантьяго, ни Лаура не знали о том, что они не родные брат и сестра. И никто им не мог об этом сообщить, кроме сеньоры Розалинды и сеньора Антонио. Настоящие же мать и отец Сантьяго находились в Мадриде и не слишком интересовались судьбой отпрыска. Антонио Лопес мог бы сказать правду, будь он жив, но, увы, он скончался, когда Сантьяго исполнилось шесть лет. Поначалу сеньора Лопес неплохо относилась к Сантьяго, но потом дети выросли, и она догадалась, что чувства приёмного сына к её дочери стали далеки от братских. А тут ещё Лаура вдруг заявила, что никогда не выйдет замуж. Такое заявление нельзя было вынести спокойно, ведь сеньора Розалинда уже присмотрела дочери выгодную партию: одного из влиятельных бизнесменов Панама-сити. Он случайно посетил ежегодный праздник в Санта-Кларе, и его весьма заинтересовала юная «Королева Русалок», победившая в конкурсе. Договориться с матерью понравившейся девушки не составило труда. Сеньора Розалинда давно разочаровалась в браке по любви и теперь считала, что самое главное – достаток. И ей вовсе не улыбалась мысль отдать дочь замуж за Сантьяго – парня, которому, по её мнению, не светило блестящее будущее, так как он не отличался выдающимися способностями. Однако, самое печальное, её не интересовали и чувства дочери. После знакомства с «влиятельным бизнесменом» Сантьяго и Лаура решили бежать. Через несколько дней их задержали на границе с Мексикой и вернули в Санта-Клару. Сеньора Розалинда выгнала Сантьяго из дома, пригрозив, что иначе отправит его в тюрьму по обвинению в похищении её несовершеннолетней дочери. Сантьяго уехал в Панама-сити и устроился работать грузчиком на склад, где вскоре на него попытались «повесить» чужую кражу. На сей раз от тюрьмы его спасло своевременное вмешательство Диего Родригеса, который в тот момент присматривал себе достойную кандидатуру для бригады чистильщиков. Сантьяго был препровожден к Пабло Альваресу, а родным направили фальшивое извещение о его смерти в результате несчастного случая. Мучимая раскаянием сеньора Розалинда решила, наконец, рассказать дочери правду. Видимо, надеялась облегчить душу и "замолить" грехи. Но, как и следовало ожидать, жест доброй воли привёл к окончательному разрыву. Едва дождавшись дня совершеннолетия, Лаура покинула дом и уехала в тот город, где некогда мечтала жить с Сантьяго, поклявшись матери никогда больше не переступать порога её дома. Она сменила имя и начала новую жизнь, только вот Сантьяго забыть не смогла. Тем временем, Диего Родригес из чистого любопытства собрал досье на своего нового подчинённого и, не удержавшись, проболтался Лопесу, что тот на самом деле не сын сеньоры Розалинды. И, соответственно, двоюродный, но не родной брат Лауры. Однако было поздно. Сантьяго уже не мог сообщить Лауре никакой информации о себе. Он украдкой через верных людей наблюдал за любимой. Видел, как развивались её отношения с другими мужчинами, в том числе со мной, ревновал, но у него были связаны руки. Его предупредили: если он даст знать Фернанде о том, что жив, тогда погибнет она. Я же говорил, ты расстроишься, - заметил Сиэло, аккуратно вытирая солёную влагу с моих щёк. – Зря я заговорил об этом. Но вспомни, что всё закончилось. Они счастливы.

- Но они ведь пережили настоящий ад! – невольно вырвалось у меня. – Столько лет мучений! Уму непостижимо! И я теперь тем более не понимаю, почему Сантьяго не пытался вернуться к Фернанде, когда спасся от людей Альвареса?!

- Он решил, что отношения, причинившие его любимой столько боли, не должны продолжаться. К тому же он был уверен, что Лаура давно забыла его. Но твои слова заставили его усомниться в собственной правоте. Он всё-таки собрался с духом, приехал в Акапулько, нашёл её... Увидев его, живого и невредимого, Фернанда впервые в жизни лишилась чувств. Сантьяго до смерти перепугался. Он подумал, что зря всё-таки приехал, но Лаура быстро разубедила его в этом. Только после разговора с ней Сантьяго, наконец, осознал, какую ужасную ошибку едва не совершил! Спустя пару дней они отправились к сеньоре Розалинде и попросили благословить их, а через две недели обвенчались в церкви Санта-Клары. Единственное недоразумение, которое так и не было разрешено, заключается в следующем: поскольку Сантьяго получил от Мендеса «в подарок» новые документы, то Фернанда теперь считается женой некоего Германа Карреро. Впрочем, думаю, этот факт не помешает молодожёнам создать полноценную семью.

- Разумеется, - улыбнулась я. – Их больше никто не разлучит!

- Как и нас, - промолвил Сиэло, нежно касаясь моих губ. – Больше – никто.
 
Иден_ПарризиДата: Вторник, 27.05.2014, 21:07 | Сообщение # 126
Морская звезда
Группа: Модераторы
Сообщений: 819
Награды: 7
Репутация: 3
Статус: Offline
Спасибо.

Пыталась разбить твое сообщение, но не получилось. ((


Самая наивная сиренка в больших сиреневых очках и большом сиреневом пузыре
 
Иден_ПарризиДата: Вторник, 27.05.2014, 21:27 | Сообщение # 127
Морская звезда
Группа: Модераторы
Сообщений: 819
Награды: 7
Репутация: 3
Статус: Offline
Цитата
- Как и нас, - промолвил Сиэло, нежно касаясь моих губ. – Больше – никто.


Кроме Роберта. ))

Цитата
И, соответственно, двоюродный, но не родной брат Лауры.


Давно обратила, что даже в Латинской Америке существуют разночтения относительно этого вопроса.

Если в "Мануэле" брак между двоюродным братом и сестрой одобрялся и не являлся чем-то из ряда вон выходящим, то в ремейке на этот сериал "Избелла-влюбленная женщина", любовь между двоюродным братом и сестрой очень осуждалась и называлась инцестом. То ли, Колубмия, то ли Перу, я уже не помню. Также в Перуанском сериале любовные отношения между мачехой и пасынком (а они сверстники), тоже называлось инцестом и очень осуждалось. Для меня, лично, отношения троюродных братьев и сестер тоже инцест. 1607 Так что для меня нет особой разницы, что именно изменилось у Фернанды и Сантьяго. Все равно одна кровь, хоть немного разбавленная, но недалеко ушла от сводного брата или сестры.


Самая наивная сиренка в больших сиреневых очках и большом сиреневом пузыре
 
Иден_ПарризиДата: Четверг, 04.12.2014, 21:40 | Сообщение # 128
Морская звезда
Группа: Модераторы
Сообщений: 819
Награды: 7
Репутация: 3
Статус: Offline
flower

Самая наивная сиренка в больших сиреневых очках и большом сиреневом пузыре
 
AnattaДата: Понедельник, 08.12.2014, 19:41 | Сообщение # 129
Морской гребешок
Группа: Друзья
Сообщений: 88
Награды: 16
Репутация: 1
Статус: Offline
***
Вечер закончился, и над островом расцвели пышные бутоны фейерверков. Взрослые громко аплодировали, дети прыгали, танцевали и восторженно кричали, а мы с Сиэло, обнявшись, наблюдали за выраставшими в небе диковинными цветами и деревьями, созданными причудливой фантазией дизайнеров торжества.

Финальным аккордом шоу стали два гигантских алых сердца, вспыхнувших в полнеба. И снова все гости хором желали нам счастья, а потом друзья и родные отправились ночевать на яхту, а нас с Сиэло в большой лодке, украшенной разноцветными лентами, отвезли на пляж с голубым песком. Там стоял крытый шатер, усыпанный внутри лепестками роз, посреди которого располагалась двуспальная кровать под белоснежным балдахином, а рядом - стол с фруктами, освежающими напитками и десертами.

- Я хочу остаться с тобой до рассвета, - признался Сиэло, - на том пляже, где мы впервые, судя по твоему признанию, были близки. Так жаль, что я ничего не помню о ночи, подарившей нам нашего малыша, но я хочу снова все повторить. И на сей раз не упустить ни единой детали, запомнить каждую мелочь, каждый наш вздох...

- Ты будешь помнить, непременно будешь, - прошептала я, привлекая Сиэло ближе.

Он нетерпеливо впился в мои губы, а затем стал покрывать мои волосы и плечи жаркими, быстрыми поцелуями, что-то шепча про себя, но я не разобрала ничего, кроме слов «люблю» и «никогда не покину». Я чувствовала, как дрожит его тело, словно он опасался, что кто-нибудь снова разлучит нас или причинит нам боль.

Атласное белье приятно холодило разгорячённую кожу; сквозь полог шатра внутрь проникал свежий воздух, пахнувший солёным океаном…

- Почему ты всё ещё носишь этот медальон? - с тревогой спросил вдруг Сиэло, обводя пальцем силуэт плывущей русалки на моей груди.

- Он тебе не нравится? – удивилась я.

- С недавних пор он вызывает у меня неприятное ощущение, и это не из-за воспоминаний о Фернанде. Я точно не могу объяснить, но... Прошу, верни его обратно, как можно скорее! Пожалуйста, Иден!

- Хорошо, - не стала спорить я, размышляя, по какой причине медальон стал внезапно неприятен моему мужу.

- А сейчас сними его, - тихо попросил Сиэло.

Я подчинилась его просьбе, и мой любимый снова привлёк меня к себе.

- Мы вместе, - шептал он, горячо прикасаясь ко мне губами. – Здесь… Мы женаты, и это не сон. Кажется, сейчас я готов сказать, что все мои мечты исполнились, а перед тем, как возникнут новые, я хочу просто быть рядом с тобой, моя ундина...

В ту ночь он был нежен и страстен, как никогда. Мы оба заснули ближе к утру, а когда рассвело, я обнаружила, что Сиэло нет рядом. Я вышла на берег, недоумевая, куда он мог направиться так рано.

***


Я нашла его довольно быстро. Сиэло стоял возле кромки воды, вглядываясь в ту сторону, где покачивалась на волнах трёхпалубная яхта, ожидавшая, когда мы поднимемся на борт и снова отправимся в Панама-сити. Услышав мои шаги, Сиэло обернулся и быстро двинулся навстречу...

А потом начался кошмар. Не преувеличивая, скажу, это был один из самых страшных кошмаров, которые мне довелось пережить.

Сиэло неожиданно вцепился в мою руку и стал рассматривать моё лицо так, будто мы с ним не виделись по меньшей мере несколько месяцев.

- Иден, - внезапно заговорил он, и всё внутри меня оборвалось и похолодело, когда он закончил свою фразу, – ты можешь сказать, кто я? Ты знаешь, правда? Не можешь ведь не знать!

- Что ты имеешь в виду? – голос мой охрип, а сердце заколотилось так, словно собиралось выскочить из груди, упасть на песок и остановиться навеки. – Разве ты сам не понимаешь, кто ты?

- Я не помню. Правда. Совсем ничего не помню. Прости... Скажи, как меня зовут?

Его слова сыпались на меня обломками камней во время горного обвала. Внезапно я начала задыхаться, в груди разрасталась невероятная, невыносимая боль. Я ощущала его внутреннее смятение. Сиэло действительно не понимал, что с ним творится. Внутри него всё превратилось в хаос и чёрный бушующий вихрь. Он пытался держать себя в руках, но им постепенно овладевала нараставшая паника. Она захватывала его разум, каждую клетку тела. Я осознала, что ещё мгновение, и, поддавшись его эмоциям, я провалюсь следом в ту же нескончаемую пропасть отчаяния и ужаса.

"Чем я могу помочь?!"

Я лихорадочно искала ответ – и не находила. Если бы рядом была Эмма, она бы справилась, сумела, придумала что-то… Она же врач! А кто я? Самоуверенная, безответственная женщина, недавно вылечившаяся от диссоциативного расстройства идентичности. Как я могла быть настолько беспечной? Сиэло следовало отправить в клинику сразу после того, как Фернанда призналась во всём! Я убеждала себя, что готова жить с ним, верить и надеяться на чудо… Но я рассматривала лишь два варианта нашего будущего: тот, в котором мой муж вспомнит своё имя, и тот, где он до последнего вздоха будет считать себя испанским аристократом. Безусловно, я бы сумела принять любой из этих вариантов и смириться с неизбежным. Но разве могла я предположить, что Сиэло однажды потеряет не только фальшивую личность, но и своё настоящее «я» тоже?

Тем не менее, моя безответственность и бездействие привели к такому результату. Роберт утратил обе свои личности разом. Очевидно, нынешняя ночь как-то повлияла на него, и хрупкий баланс рухнул в одно мгновение... Я одна виновата в случившемся, только я, больше никто!

Но сожаления не помогут, нужно что-то срочно предпринять! И времени нет. У Сиэло, определённо, кризис, и даже не являясь психотерапевтом, я прекрасно понимала, что каждая секунда для пошатнувшегося рассудка моего мужа может стать последней. Если я сделаю хоть один неверный шаг, ошибусь в единой мелочи, я себе этого никогда не прощу!

А Сиэло тем временем продолжал говорить, не выпуская моей руки:

- Я проснулся, увидел тебя рядом и вдруг осознал, что совершенно не помню, кто я. Да, я знаю, что мы вчера поженились, и я люблю тебя больше всех на свете, и твоё имя - Иден! Но кто я сам? У меня такое ощущение, словно я не существую, будто вот-вот провалюсь в пустоту и исчезну. Прошу, не отпускай мою руку, иначе я потеряю последнее, что есть у меня – ощущение реальности собственного тела! Ведь внутри я ничто, пустое место!

Глядя в его глаза, где бушевал смерч, а лавина бессознательного ужаса готова была стереть последние остатки самообладания, каким-то шестым чувством я вдруг поняла, что не от Эммы или кого-то другого, а лишь от меня зависит его исцеление. И у меня нет двух попыток, лишь одна. И нет права на ошибку.

Я внезапно поняла, что Сиэло должен вспомнить всё сам, точно так же как тогда, едва появившись в Санта-Барбаре, он хотел, чтобы я вернула себе память о нашем прошлом. Рассказанное другим человеком не может стать реальностью. Оно обратится пустыми словами, но не истинной памятью. Свои воспоминания можно вернуть только собственными усилиями, однако необходимо, чтобы в тебя поверили. Кто-то близкий, любящий, способный ждать хоть целую вечность должен поверить в тебя!

И тогда, за долю секунды осознав всё это, я обхватила лицо Сиэло обеими руками и заставила смотреть на себя:

- Слушай меня, пожалуйста, слушай очень внимательно! Ты не исчезнешь, потому что я не позволю тебе исчезнуть! Ты настоящий. Ты тот, кто называл меня своей ундиной, тот, кто ради меня прошёл сквозь тысячи испытаний и не сдался, тот, кто мечтал больше всего на свете, чтобы мы вернулись на этот остров. И твоя мечта исполнилась. Видишь, мы на Лас Сиренас, на нашем пляже с голубым песком! И я люблю тебя. И не собираюсь никуда уходить, потому что это и моя земля тоже. Я намерена здесь остаться вместе с тобой. Навсегда.

- Правда? – лицо Сиэло внезапно просветлело, страх исчез из его глаз.

- Конечно. Я ношу под сердцем нашего малыша и вчера перед Богом и людьми дала тебе клятву верности. Как я могу тебе лгать? Каким бы ни было твоё прошлое, для меня важно лишь настоящее: наша любовь и то, что происходит  сейчас. А теперь посмотри на меня и скажи, как тебя зовут. Я уверена, ты это отлично знаешь! Ведь то, что содержится в нашей памяти, можно забыть иногда, но стереть навсегда невозможно.

Сиэло продолжал смотреть мне в глаза, и за те несколько бесконечно долгих минут моё сердце пережило сотню смертей и возрождений. Шумели волны океана, а мы неподвижно стояли на берегу, держась за руки и неотрывно глядя один на другого.

Для меня прошла целая вечность, и я почти приготовилась к самому худшему, как вдруг губы Сиэло дрогнули, и он медленно произнёс:

- Прости, что заставил тебя переживать...  моя ундина... Я помню, как в тот день Крейг принёс документы на имя Сиэло Карвалио, и я взял их… Но я всё ещё был самим собой, поверь мне... А Фернанда… очень долго ухаживала за мной, пока я не поднялся с постели… Потом… я разыскал тебя в Сан-Франциско, но, даже не поговорив, почему-то решил, что ты желаешь вернуться к Крузу, и чтобы не помешать тебе начать новую жизнь, я исчез с вашего пути, вернулся в Мексику… А ты не хотела разлучаться со мной, правда?

Он ждал ответа, и я кивнула, сдерживая слёзы. Мой Робби… Неужели он постепенно возвращается? Вот сейчас, в эту самую минуту?
Не дышать, не думать, не бояться… Нельзя ни единым движением спугнуть самое желанное и долгожданное счастье!

- Выходит, я сам всё испортил … Если бы я не сбежал из Сан-Франциско, а набрался смелости поговорить с тобой, всё могло выйти иначе… Мы бы не испытали столько новой боли!  Но я не понимаю... Почему я так долго принимал себя за другого человека?! Я действительно поверил, что являюсь Сиэло Карвалио, и хотел, чтобы все тоже в это поверили. Но почему я этого хотел?! – внезапно Роберт схватился за голову. – О Боже! И ты терпела мои выходки?! – он посмотрел на меня почти с благоговением. – Согласилась выйти замуж за того, кто даже не осознавал, кем он является?! Ни одна женщина на свете, кроме тебя, не решилась бы на такое! Иден, ты самая лучшая, самая замечательная, самая…

- Не надо, прошу, - только и сумела выдавить я сквозь подступающие слёзы, обняла его и тесно прижалась щекой к его щеке. – Никакая я не замечательная. И ты вовсе не виноват в случившемся. Доктор Ибанес пытался вылечить тебя от депрессии, но он выбрал недопустимый метод лечения… Впрочем... не нужно сейчас об этом. Просто попытайся успокоиться. Мы оба многое пережили, но теперь всё у нас будет хорошо.

- Иден, - трясущимися пальцами Роберт перебирал, гладил, ласкал пряди моих волос. - Как же сильно я заставил тебя страдать! Я не должен был соглашаться на эту терапию, если бы я отказался, если бы поговорил с тобой в день твоего отъезда из клиники, всё могло пойти совершенно по-другому …

- Забудь, - уговаривала я его. – Выброси из головы. Всё закончилось, всё позади. Мы вместе, к тебе вернулась память, а это главное!

- Как же мне успокоиться … -  начал Роберт, но вдруг запнулся на полуслове и медленно достал из нагрудного кармана своей рубашки медальон с плывущей русалкой. – Почему я таскаю с собой эту штуку? – удивлённо спросил он сам у себя. - Она больше мне не нужна.

Недолго думая, вдруг размахнулся и забросил медальон подальше в океан. Тот прощально мигнул в лучах утреннего солнца и канул в блестящих лазурных волнах.

- Он всем приносил только несчастья, - пояснил Роберт в ответ на мой недоуменный взгляд. – Придётся теперь извиниться перед Фернандой за то, что я так обошёлся с её призом, но почему-то думаю, она не обидится. А ты как считаешь?

Вместо ответа, всхлипнув, я ещё крепче прижалась к нему. Я боялась поверить в то, что наши худшие злоключения, наконец, закончились.

- Клянусь всеми святыми, ни за что на свете не свяжусь больше с психотерапевтами! - добавил вдруг Роберт, обнимая меня за плечи. – Чуть в конченного шизофреника не превратился из-за этого треклятого мексиканского экспериментатора! Лучше умереть от депрессии, чем снова пережить такое.

Я была с ним полностью согласна, но снова не нашла в себе сил, чтобы ответить. В моём горле застрял тугой комок, и я чувствовала, что не способна выдавить из себя ни слова.

Добавлено (08.12.2014, 19:41)
---------------------------------------------
***
Некоторое время мы сидели на берегу плечом к плечу. Наконец, обдумав всё и дав Роберту время прийти в себя после нахлынувших на него воспоминаний, я решилась на то, что давно уже необходимо было сделать.

- Я должна кое-что сказать тебе, - тихо проговорила я. - Только не перебивай, пожалуйста.

- Что такое? – насторожился он.

Я осторожно коснулась его руки.

– Вот так мне будет легче, а ты поймешь, что я говорю правду. Больше никаких недомолвок. Если мы оба хотим начать новую жизнь, я должна набраться смелости и теперь, когда ты всё вспомнил, я хочу рассказать о прежних своих чувствах к тебе и о причинах некогда совершённых поступков.

- Иден... может, не стоит? – вдруг растерялся Роберт. – Тебе наверняка тяжело возвращаться к прошлому. Я знаю, ты любишь меня, но то, что давно ушло … Возможно, не стоит опять вспоминать о нём?

– Ни слова, умоляю, – я прижала пальцы к его губам. - Потому что… мне действительно сейчас непросто. Пожалуйста, выслушай меня, нам обоим это необходимо! Когда мы встретились в Санта-Барбаре, и я вспомнила всё о нашем прошлом, мне стало до смерти страшно. С Крузом я всегда ощущала себя в безопасности. У нас были прочные отношения, основанные на взаимном доверии. Я знала его мысли, чувства и прекрасно понимала, что сама чувствую к нему. Это была ровная, проторённая дорога без опасностей и неприятных сюрпризов. Такая жизнь меня устраивала, потому что я всегда знала: и завтра, и через год, и через десять лет мы будем любить друг друга и вместе воспитывать детей. Они вырастут, подарят нам внуков, нам никто не помешает, потому что все препятствия мы тоже пройдем рука об руку. И вдруг в эту размеренную жизнь влетаешь ты… И я теряю почву под ногами, меня кружит вихрь странных чувств, мне начинают сниться тревожные сны. Понимаешь, что это значило? Крах идеальной картины своего «я». Крах распланированной и предсказуемой жизни. Когда живёшь с человеком, уверенная в том, что он – единственный, кого ты можешь полюбить, ты также уверена, что других вариантов нет, ничто никогда не пойдёт по-другому. Не о чем сожалеть, нечего менять. Но внезапно жизнь подталкивает тебя к осознанию того, что могло всё-таки быть иначе. Но что значит осознать это, когда у тебя уже есть семья? Ты был как terra incognita, хотя все время повторял: Иден ты знаешь меня, ты хорошо меня знаешь! На самом деле всё в тебе было сплошной загадкой. Окунуться в тебя было всё равно, что прыгнуть в море в шторм, уйти в непроходимые горы без карты и проводника. После твоих слов и признаний внутри меня всё превращалось в хаос. И мне сейчас стыдно, что я использовала любовь к Крузу и детям, как удобную лазейку для бегства, хоть эта любовь, безусловно, была истинной. Мне хотелось, чтобы ты думал о них, как о единственной причине нашего расставания. Но никому я бы тогда не отважилась признаться, что бегу от той части себя, которой боюсь. Потому что там - опасность, непредсказуемость, стихия. Долгое время я представляла себя верной женой, идеальной матерью… И вдруг эти представления рухнули! Я не сумела бы не только сохранить семью, но и себя саму. Я приложила все силы, чтобы не дать выхода чувствам, спрятала их так глубоко внутри, чтобы никто их никогда не увидел, в том числе я сама. Я вернулась к безопасности, стабильности, потому что отношения с тобой пугали, как смерть. После нашего расставания я изо всех сил старалась сложить по кусочкам разбитую картину своей жизни. И что в итоге получилось?

Роберт уже несколько раз порывался сказать что-то, но я лишь крепче прижимала свою ладонь к его губам, не позволяя вымолвить ни слова.

- Болезнь была закономерным следствием моих попыток скрыться от себя, начиная с детских лет и заканчивая недавними событиями. Слишком много лжи я накопила. С этой ложью крепла Лиза, пока не стала настолько сильной, что смогла утвердить себя и уничтожить ту самую жизнь, которую я изо всех сил сохраняла. До того, как ты приехал в Сан-Франциско, я не могла чувствовать ничего, лишь вспоминала былые чувства. Я помнила, что в прошлом любила детей, Круза, отца, маму, братьев и сестру, но я не способна была ничего почувствовать в текущий момент. Словно во мне всё замерзло, остались лишь воспоминания. Стоило же появиться тебе: просто пройти за оградой клиники, и моя душа всколыхнулась. Столько долгих лет я подавляла свои чувства, что увидеть их без бегства, подавления и отрицания, было потрясением. Как будто один миг искупает все прошлые ошибки, и ты даже не хочешь задержать его, потому что понимаешь: им нельзя владеть. Он, как открытое небо, бесконечен, свободен, неуловим! Я впитывала в себя эти чудесные мгновения и не хотела думать, что однажды они закончатся. До последнего дня выписки, когда ты не пришёл проститься, я не думала о том, что мы можем расстаться. Мы не давали друг другу обещаний, наоборот, прощались с нашим прошлым, привыкая к изменениям в себе… Но, Робби, ощущение, что я хочу быть с тобой в новой жизни, которую нам позволила начать судьба, день ото дня становилось сильнее. Я успокаивала себя мыслью, что, скорее всего, это остаточные воспоминания, и они пройдут. Эмма говорила, у больных после выздоровления могут быть резкие перепады эмоций, и на них не стоит обращать внимания. Вот я и старалась думать, что это временное явление… Боже, я всё ещё рассчитывала на это! Однако когда я увидела Круза с Келли в нашем доме, но при этом лёд в моём сердце не растаял, я поняла: эта страница жизни перевёрнута. У нас с Крузом было нечто ценное, такое не всем выпадает: редкое взаимопонимание, родство душ, ощущение близости и тепла. И вот где-то эта цепочка ослабла или порвалась. Я вдруг осознала, что мы тешим себя различными иллюзиями, пытаемся построить незыблемые отношения, верим в них, но подобное лишь причиняет всем ненужную боль. В случившемся никто не был виноват: ни я, ни Круз, ни Келли, ни ты, конечно. Всё случилось так, как случилось. Но мне по-прежнему не хватало смелости признать это. И жуткий сон о том, что я потеряла тебя навсегда, кошмар, заставивший меня сорваться с места и броситься в Панаму на твои поиски… Это был зов души, давно стремившейся быть с тобой! Зов, который я безуспешно пыталась подавить раньше. Если бы не тот сон, я бы всё равно приехала сюда рано или поздно. Я давно хотела тебе всё это сказать, но никак не могла начать разговор. Ведь нам пришлось скрываться от бандитов, кроме того, ты забыл своё имя и считал себя другим человеком… Я так мучилась, Робби, я хотела сказать тебя всё это уже очень, очень давно! Я видела твои сны и чувства к Фернанде задолго до того, как ты рассказал о них, потому что после своего выздоровления я приобрела странный дар – ощущать чужие эмоции и видеть фрагменты чужих воспоминаний. Я почти всегда знала, что ты чувствуешь, даже когда ты считал себя Сиэло Карвалио, но поскольку ты не мог точно так же достоверно узнать о моих чувствах, то я решила: как только твоя память вернётся к тебе, я расскажу всё, что давно собиралась … И сейчас я наконец сделала это! Теперь я могу быть уверена, что в моём сердце больше не осталось потаённых уголков. Я показала тебе его целиком, Робби, как оно есть, и, поверь, это сердце любит тебя и бьётся в унисон с твоим.

Я закончила говорить и подняла на Роберта глаза. Рассказывая ему всё это, я чувствовала, как огромный, неподъёмный камень, который я несла так долго, становится всё легче, а теперь он исчез совсем. Я смотрела в глаза любимому, которому отважилась показать своё истинное лицо без прикрас и масок. Просто себя саму.

А он смотрел на меня, не отрываясь, поражённый и смущённый.

- Ты никогда… не была такой раньше, - наконец, вымолвил он. – Никогда ничего подобного не говорила!

- Верно, - кивнула я. – Никому раньше я ничего подобного не говорила. Наверное, такой меня видела одна Эмма. Ей пришлось увидеть. И я подозреваю, она знала о моих чувствах к тебе задолго до того, как в полной мере это осознала я сама. Она ничего не сказала мне, потому что в этом я должна была разобраться без её помощи. Эмма верила, что я стала сильной и сумею справиться с чем угодно.

- Ты действительно стала сильной, но в то же время более хрупкой и ранимой, - он нежно обнял меня. – Я не знаю, как это объяснить. Твои слова еще звучат во мне, слова, которые я и не надеялся услышать, но услышал даже намного больше. Но теперь моя очередь, - он нежно поцеловал мою руку, гладившую его волосы. – Ты должна тоже узнать моё сердце. Ты же сама сказала, иначе мы не сможем двигаться дальше. Не волнуйся, мне не так много нужно сказать, потому что по большому счёту ты обо мне и так уже всё знаешь… Но всё же есть кое-что, без чего моя откровенность будет неполной. Ты некогда говорила, что я должен остаться с женщиной, которую полюблю больше, чем тебя. Но, поверь, нет такой женщины и никогда не было. Единственная причина, почему я молчал о своих чувствах тогда в Сан-Франциско, заключается в том, что я не хотел вмешиваться в твою жизнь. Я не хотел больше давить на тебя, требовать что-то вспомнить, вернуться... Мне было достаточно знать, что ты здорова. Я не хотел и не хочу, чтобы ты снова страдала ни из-за меня, ни из-за кого-то ещё. Ты должна быть свободна. У тебя душа русалки, а ундину нельзя держать в плену. И если рядом со мной ты чувствуешь свободу, если хочешь, чтобы мы вместе наслаждались ею, тогда ты разделяешь мою заветную мечту. Этот океан твой и остров твой.  Ты можешь жить здесь, сколько угодно, и уехать, если однажды захочешь. Но когда бы ты ни вернулась, ты всегда застанешь меня здесь, ожидающим тебя. Запомни: я скорее предпочту увидеть тебя смеющейся с кем-то другим, нежели со слезами на глазах рядом со мной. Ты положила своё сердце в мои ладони, неужели думаешь, я воспользуюсь этим, чтобы запереть его в клетку?

- Нет... Конечно же, нет, - откликнулась я, прижимаясь к нему всем телом. – Я тебе верю. Ты так не поступишь!

- Именно это я и собирался сказать, - Роберт наклонился и крепко поцеловал меня в губы. – И я очень рад, что ты правильно поняла мои слова. Я люблю тебя больше всех на свете! А теперь… Давай вернёмся? Гости, наверное, нас уже заждались.

- Погоди, - я заглянула снизу вверх в его лицо и улыбнулась. - У меня есть один маленький свадебный подарок для тебя. Точнее, сюрприз.

- Ох, - встрепенувшись, огорчился Роберт. - А я и не подумал про свой. Извини!

- Ты уже и так сделал достаточно: потрясающая церемония, чудесная яхта, отель, цветы, роскошный фейерверк, восстановление острова… Ночь на берегу... А самое главное – то, что ты смог вернуться целым и невредимым, вспомнив себя. Для меня ничего не может быть важнее этого! А теперь слушай, - и тихо произнесла ему на ухо. - Доктор на ультразвуковом исследовании определила два сердцебиения. Она сказала, ошибки быть не может. Внутри меня растёт не один малыш.

- Мы ждём близнецов?!  - потрясённо ахнул Робби, вскакивая на ноги.

- Или двойню, - подмигнула я.

Внезапно он подхватил меня на руки и бережно отнёс обратно в шатер, аккуратно опустил на постель и, прижав ухо к моему уже заметно округлившемуся животу, попытался услышать то, о чём я сказала. Два сердцебиения.

- Он… Они шевелятся! - внезапно обрадовался он, ощутив слабенькие толчки внутри.

Я улыбнулась. Действительно, пару недель назад я сама начала ощущать робкие движения малышей, но Роберт сейчас почувствовал их впервые.

- Сегодняшний день, и правда, волшебный, - радостно прошептал он. – Ничуть не меньше, чем вчерашний!

- Верно. Для нас обоих, - подтвердила я.

Через полтора часа мы вместе поднялись на борт яхты. Там нас снова принялись поздравлять и заодно вгонять в краску, расспрашивая о том, удалась ли «ночь под звёздами».

Роберт быстро отшутился и перевёл разговор в другое русло. Он также не спешил сообщать никому, что к нему вернулась память, но Келли каким-то образом догадалась, едва взглянув в его сторону, и сразу подошла ко мне, чтобы спросить, верна ли её догадка.
Я не стала лукавить и призналась в случившемся.

- Поздравляю, - коротко отозвалась моя сестра, слегка пожав мою руку. – Будьте отныне счастливы и никогда не расставайтесь!

На нашей яхте мы отплыли в Панама-сити, а оттуда первым рейсом вылетели в Штаты.

***


Через четыре месяца после свадьбы я родила замечательных мальчиков-близнецов. Роберт долго думал, в честь кого их назвать, но в итоге мы оба пришли к выводу, что не надо обременять детей чужой судьбой. И мы назвали их теми именами, которые понравились нам обоим: Коннор и Мэттью.

Я немного тревожилась о том, сможет ли мой отец принять сыновей Роберта, как других своих внуков, но когда Си Си явился в мою палату с корзиной роз и ворохом детских игрушек, я поняла, что опасалась зря. Мои мальчики будут любимы не менее, чем остальные внуки.

Ещё удивительнее было то, что в тот же день ко мне зашёл Круз. Он принёс в подарок комплект детских вещей и двух симпатичных игрушечных панд. Беседуя со мной, будто между делом, сообщил, что нашёл себе работу за рубежом: в Лионе по контракту на три года.

- А дальше видно будет. Вернусь сюда или останусь там насовсем, пока сложно сказать. Но на данный момент предложение, исходящее из штаб-квартиры Интерпола, было заманчивым, я не смог отказаться.

Я искренне пожелала Крузу удачи, а он внезапно сам предложил мне позаботиться о Чипе и Адриане в его отсутствие. Разумеется, я согласилась и даже - вовсе уж неожиданно! – получила его разрешение брать детей с собой на Лас Сиренас, когда мы с Робертом будем отправляться туда отдыхать.

- Они оба скучали по тебе, поэтому несправедливо будет лишать их общения с тобой. Чип и Адриана как можно чаще теперь должны находиться рядом с мамой, чтобы восполнить долгие месяцы разлуки, - добавил Круз со вздохом, и я в который раз мысленно пожелала ему счастья. Он заслужил его, как и все мы.

Через месяц к нам в гости приехали Фернанда и Сантьяго, и я сразу заметила, что моя бывшая соперница тоже готовится вскоре стать матерью.

- Мне сказали, будет девочка, - радостно сообщила Фернанда, проследив направление моего взгляда. - Сантьяго так рад! И поскольку по документам я сама ношу теперь другое имя, он хочет малышку назвать Лаурой Эстефанией. Мама моя выздоровела и с нетерпением ожидает рождения внучки.

Я смотрела на их сияющие лица и думала о том, что наконец-то судьба проявила справедливость по отношению к тем, кому долгие годы посылала тяжёлые испытания.

Фернанда рассказала, что некоторое время тому назад был найден убийца доктора Ибанеса. Им оказался его первый ассистент Альберто Морено.

- По словам полицейских, так часто бывает, - со вздохом произнесла Фернанда. – Учёных и врачей часто обворовывают и предают ближайшие помощники, но случаи убийств, разумеется, редки. Я связалась с полицией Акапулько с просьбой разрешить врачам-психотерапевтам ознакомиться с картотекой на пациентов, мотивируя это тем, что в результате экспериментов доктора Ибанеса пострадали многие, в том числе мой близкий друг, но, оказалось, что картотеку при задержании преступника не обнаружили. Морено либо успел продать её кому-то, либо уничтожил.

Я вздохнула.

- Да, жаль других пациентов, кому до сих пор, возможно, требуется помощь из-за непроверенных экспериментов Ибанеса, но для нас с Робби это уже не имеет значения.

- Так Роберт… всё вспомнил?! - обрадовалась Фернанда.

Я с улыбкой кивнула.

- Но это же здорово, Иден! – она бросилась обнимать меня. – Я так рада за вас обоих!

Никогда не думала, что мы с этой женщиной будем общаться, словно подруги, но жизнь подчас преподносит сюрпризы…

- Мы непременно ещё встретимся: в Санта-Кларе, Акапулько или здесь, - пообещала Фернанда, прощаясь.

Мы действительно потом встречались не раз, но уже на Лас Сиренас, поскольку через три месяца после рождения сыновей наш новый дом на острове был достроен, и мы с Робби и детьми отправились туда отметить новоселье, но вышло так, что задержались там достаточно надолго. На сей раз - по доброй воле.

Через несколько недель после нашего отъезда отец приехал навестить нас и сообщил, что в Санта-Барбару на моё имя пришло письмо от той, кто некогда спасла меня, и о ком я, увы, незаслуженно забыла, погрузившись в свои повседневные хлопоты.

Я сразу ответила Эмме. Написала, что у меня все хорошо, и пригласила её в гости, отправив письмо из Санта Клары, так как на Лас Сиренас никак не получалось наладить почтовую связь. Роберт клялся, что вот-вот это случится, но злополучное почтовое отделение до сих пор не функционировало.

К счастью, моё письмо достигло адресата, и моя дорогая подруга, отложив дела, вскоре приехала на остров.

Кто мог тогда знать, что ей тоже предстоит здесь судьбоносная встреча? Разумеется, ни я, ни Роберт даже догадываться о таком не могли.


Сообщение отредактировал Anatta - Понедельник, 08.12.2014, 19:56
 
Иден_ПарризиДата: Понедельник, 08.12.2014, 21:46 | Сообщение # 130
Морская звезда
Группа: Модераторы
Сообщений: 819
Награды: 7
Репутация: 3
Статус: Offline
Спасибо!
Я уж думала всеобщий хеппиэнд, но последняя строка заинтриговала!


Самая наивная сиренка в больших сиреневых очках и большом сиреневом пузыре
 
AnattaДата: Вторник, 30.12.2014, 23:55 | Сообщение # 131
Морской гребешок
Группа: Друзья
Сообщений: 88
Награды: 16
Репутация: 1
Статус: Offline
Ещё будет небольшой эпилог, а потом уже действительно наступит конец истории. Совсем недолго осталось.  :D   Но ничего плохого ни с кем из персонажей больше не случится, даю слово!

Добавлено (30.12.2014, 23:55)
---------------------------------------------
Эпилог.

Часть 1.

Встреча.


Самолёт американских авиалиний стал заходить на посадку в аэропорту Панамы. Шасси коснулись ровного асфальтового покрытия, и лайнер легко заскользил вдоль посадочной полосы. Белокурая пассажирка в дорогом светло-бежевом костюме смотрела сквозь иллюминатор на приближающееся здание аэропорта.

- Мы благополучно приземлились, - сообщил голос из динамиков. – Благодарим за то, что выбрали нашу авиакомпанию. Приятного вам отдыха и удачного дня.

Получив обратно багаж, молодая женщина на секунду задумалась, потом решительным шагом вышла из здания и приблизилась к первому свободному такси.

- Мне нужно добраться до Лас Сиренас, - обратилась она к шофёру.

- Нет проблем, - смуглый парень весело блеснул белоснежными зубами и распахнул дверцу автомобиля. – Я доставлю вас в Санта-Клару, а там вы легко сможете нанять катер до острова.

Пассажирка удобно устроилась на заднем сиденье, в очередной раз порадовавшись тому, что наконец-то ей удалось выбраться в отпуск, пусть всего на несколько дней. Безусловно, хорошим стимулом для отъезда за рубеж послужило письмо, полученное около двух месяцев назад.
Подруга, с которой они не виделись почти два года, приглашала в гости. Разве можно было отказаться от заманчивого предложения отдохнуть на чудесном острове, о котором ей некогда рассказывали? И заодно выяснить, чем закончилась интригующая история про русалку, начавшаяся более тринадцати лет назад…

***

Когда Эмма только получила письмо и прочла его, то первая её мысль была о том, как, прилетев на Лас Сиренас, она снова встретит необыкновенного мужчину, чьей любовью и преданностью невозможно не восхититься. Эмма обрадовалась, что у него и Иден, видимо, всё в порядке, они по-прежнему любят друг друга, и прекрасная сказка стала явью. Однако минутой позже молодая женщина разглядела на конверте странные инициалы «Mrs. Eden C.С.» и замерла в недоумении.

«Кэпвелл Кастильо? Но почему?!»

Эмма не понимала, как Иден могла вернуться на остров с другим мужчиной? Круза ведь ничего не связывает с тем местом, где когда-то его жена была счастлива не с ним! Неужели он согласился переехать по её просьбе? Нет, вряд ли Иден стала бы просить мужа о переезде, тем более, что остров принадлежит Роберту Барру.

Непонятно. Какая-то неразрешимая, странная загадка...

В конце концов, Эмма решила дождаться той минуты, когда Иден сама ей все объяснит.

***

Автомобиль пересек главную улицу Санта-Клары и повернул к побережью.

Как и обещал шофёр, нанять судно до острова не составило труда. На причале стояли прогулочные моторные лодки, катера и яхты, готовые к отплытию. Владелец одной из них взял Эмму на борт.

- Вы работаете на пансионат? – полюбопытствовала Эмма, когда они отплыли достаточно далеко от берега, и ей надоело стоять на палубе, опершись о поручни и наблюдая за тем, как волны разбиваются о металлический корпус судна.

- Да, а ещё за определённую плату учу желающих управлять яхтой. Не хотите как-нибудь на досуге попробовать?

- Не уверена, что справлюсь.

- Напротив, мне кажется, у вас получится всё, за что бы вы ни взялись, потому что вы очень решительная и умная женщина. И очень красивая к тому же, - внезапно прибавил он.

Эмма едва приметно улыбнулась, а разговорчивый инструктор продолжал.

- Вы давно не были на Сиренас?

- На самом деле я направляюсь туда впервые.

- У нас теперь стало хорошо, - поделился последними новостями владелец яхты, - не то что пару лет назад, когда всех банда Альвареса к ногтю прижала. Прежний хозяин острова, судя по всему, испугался и дал дёру. И правильно сделал, наверное. Иначе его бы убили. Потом, когда выяснилось, что головорезов колумбийская мафия уничтожила в процессе дележа сфер влияния, опасность заниматься бизнесом на побережье миновала, новый хозяин купил пансионат и причал. Он теперь управляет островом. Очень хороший человек! Рыбакам помогает. Вложил деньги в строительство современной клиники в Санта-Кларе, а это нам было позарез нужно. Квалифицированных врачей из Мексики пригласил. А вскоре собирается открыть возле побережья плавучие отели. Думаю, у него получится. Он сам испанец, а жена у него американка - красавица с роскошными золотыми волосами. Говорят, он просто души в ней не чает!

Эмма сначала слушала не очень внимательно, но когда владелец яхты описал внешность супруги щедрого испанца, издала удивлённое восклицание.

- А как зовут этого нового хозяина острова и его жену?!

- Его - сеньор Сиэло Карвалио, а её – Иден. У них полгода назад родились двое сыновей, близнецы. Те, кто их видел, в один голос утверждают, что мальчики на отца очень похожи. А ещё с ними живут детишки от первого брака сеньоры: дочка Адриана и сын Чип. Замечательные малыши, веселые и общительные! Они у нас на празднике в Санта-Кларе недавно танцевали. Все от них были в полном восторге. Что-то не так, сеньора?

Яхту раскачивало на волнах, волосы Эммы растрепал ветер, и она медленно провела по непослушным прядям рукой, откидывая их за спину.

- Значит, сеньор Карвалио... – едва слышно произнесла она, сама не зная, вопрос это или утверждение.

- Ага, - охотно подтвердил мужчина, не отрываясь от управления судном. – Вы сейчас увидите, как на острове хорошо! А всё благодаря новым хозяевам. Их нам сами небеса послали!

- Наверное, - согласилась Эмма, но взгляд её потускнел.

Кажется, Иден преподнесла ей даже больший сюрприз, чем ожидалось: покинула Круза, забыла про Роберта…

"И с каких пор, чёрт возьми, Карвалио – хозяин Лас Сиренас?!" - сердито подумала Эмма.

Неужели Иден настолько сильно изменилась?

«Я познакомлю тебя с мужем и детьми…» - вспомнились строчки из письма.

«Что ж, наверное, счастье у каждого своё. Иден здорова и радуется жизни. У неё четверо детей и любимый муж. Судя по отзывам жителей Санта-Клары, неплохой человек. Не это ли главное и не для этого ли я приложила столько сил, чтобы вылечить её? Возможно, она знает, где сейчас Роберт, и расскажет о его судьбе? Если он счастлив где-то... с кем-то... Мне не о чем переживать!»

Волны жемчужными брызгами обдавали яхту, несущуюся на полной скорости к архипелагу Русалок. Так среди местных жителей называлась группа островов близ побережья Санта-Клары, самым крупным из которых был Лас Сиренас.

***

Сойдя с причала, Эмма предпочла пройтись пешком до посёлка, где всё ещё велись строительные работы. В заново построенные дома вселялись семьи, покинувшие некогда родные места, и остров принимал всё более обжитой вид.

Эмма ничего не знала о случившемся почти два года назад пожаре, но видела зарастающие травой лужайки, среди которых проглядывали почерневшие, обломанные стволы деревьев, разрушенные фундаменты домов. Между молодыми побегами фейхоа и карамболы застыли скорбные силуэты обгоревших пальм. Все эти детали напоминали о происшедшей трагедии.

Впрочем, люди, встречавшиеся Эмме, не казались печальными или отчаявшимися. Они шли по своим делам, многие вели с собой детей. Школа, поликлиника, детский сад и несколько магазинов уже работали, другие здания только восстанавливались. Отстраивалось здание почты и телеграфа. На вопрос Эммы, где расположен дом господина Карвалио, встречная женщина ответила на ломаном английском:

- Сеньоры живут возле озера. Вам нужно идти достаточно долго,  - и она указала на дорогу, ведущую за пределы поселка, – вот по этому шоссе. Или можете взять такси, но тогда вам надо вернуться к причалу.

- Спасибо, я доберусь пешком.

- Как желаете, - женщина дёрнула за руку засмотревшегося в сторону сына и отправилась дальше.

От посёлка до дома Иден дорога оказалась намного длиннее, чем от причала до поселения, но Эмма не чувствовала усталости, несмотря на то, что давно так долго не ходила пешком. Стояла середина лета, но ветер с океана нёс прохладу, а тени от деревьев, ложившиеся на дорогу, укрывали прохожих от палящего солнца.

Машин было совсем немного. Один раз Эмму обогнал тёмно-синий «чероки», а второй раз – серебристый «вольво». Изредка на обочине встречались мужчины и женщины, несущие в руках корзины с фруктами и свежую форель. Наконец, за изгибом шоссе блеснуло озеро.

Эмма вошла под кроны искусственно посаженных деревьев. Она это поняла, увидев среди пальм и цитрусовых саженцы махагони и тагуа, преобладавших во влажных лесах восточного побережья Панамы. Дорога, до сих пор шедшая по возвышенности, стала спускаться, и вскоре ещё за одним поворотом показался двухэтажный дом с мансардой и черепичной крышей, окружённый садом с розами и орхидеями. Вдоль подъездной дорожки рос шарообразно подстриженный кустарник. За домом виднелся просторный гараж, а чуть дальше в глубине сада две или три бревенчатые пристройки.

У ворот трудился садовник, подвязывая виноград к штакетнику. Попытки заговорить с ним на английском успеха не принесли, поэтому Эмма перешла на испанский, знакомый ей из школьной программы. Через минуту садовник сообразил, чего от него хочет красивая иностранка.

- Хозяйка дома, а хозяин уехал утром на материк и пока не возвращался, - пояснил садовник. – Вы по делам?

- Нет, я приехала в гости к сеньорам.

- А-а, - понимающе кивнул садовник, - в это время дети обычно спят, и сеньора сидит с ними до обеда. Но вы можете войти, думаю, госпожа будет рада вас видеть.

Немного волнуясь, Эмма приблизилась к дверям и нажала кнопку звонка.

- Иду, – послышался незнакомый голос.

В дверях возникла полная краснолицая женщина лет шестидесяти.

- Добрый день. Я к сеньоре Карвалио, - Эмма медленно и отчётливо выговаривала слова.

- Как о вас доложить? – поинтересовалась служанка.

- Эмма О’Коннелл.

Не успела она договорить, как со стороны лестницы раздалось радостное восклицание, и через минуту Иден уже крепко обнимала свою подругу.

– Неужели ты?! Наконец-то! Я так рада! Думала, ты никогда не приедешь...

- У тебя всё в порядке? – обеспокоенно начала расспрашивать Эмма, отступив на шаг и внимательно оглядывая Иден. - Знаешь, я ужасно волновалась. От тебя слишком долго не было известий, а потом твоё письмо… Честно говоря, оно сразило меня наповал!

- У меня всё отлично. Проходи. Ты не голодна? Обед будет только через час.

- Не волнуйся, я перекусила в самолёте…

- Прости, что долго тебе не писала, но если б ты только знала, что произошло со мной за это время!  Видишь, - тут Иден отошла от Эммы на шаг и показала жестом вокруг себя, - это твоя заслуга. Если бы не ты, не было бы ни меня, ни моей новой жизни.

- Скажи, ты счастлива? Ты хотела именно этого? - продолжала настойчиво спрашивать Эмма.

- Конечно, неужели ты не видишь? Ты спасла мне больше, чем разум, ты мою душу из кошмара вытащила. Можно сказать, подарила второе рождение. Я стала другим человеком… но в то же время осталась прежней! Не знаю, как лучше объяснить. Думаю, ты сама всё понимаешь, не так ли? Ведь понимаешь?

- Да, - кивнула Эмма. – Наверное, это и есть второе рождение. Так называемый дополнительный результат методики, о котором в силу твоего тогдашнего состояния я не могла заранее предупредить... Люди с нерасщеплённым сознанием - редкость. Разумеется, немногие представители общества больны настолько, чтобы обращаться к психотерапевтам, но подавляющее большинство тех, кто считают себя абсолютно здоровыми, таковыми не являются. Длительный дистресс, и любой, казалось бы, нормальный человек может столкнуться с серьёзными нарушениями психики, возникающими вроде бы ниоткуда. Но это «ниоткуда» говорит лишь о наличии почти у каждого некоего "карточного домика" внутри. Он кажется надёжным до тех пор, пока не подует ветер. В жизни большинства людей ветер дует недостаточно долго или не слишком сильно, чтобы причинить вред. Другим везёт меньше, и тогда психотерапевтам приходится собирать разрушенное по кусочкам. Но, увы, они снова собирают "карточный домик", который просуществует до следующего порыва ветра. И лишь небольшое количество врачей осмеливаются возвести новую постройку на месте рухнувшей таким образом, чтобы она больше не рассыпалась. Это долго и трудно. И требует больших усилий от врача и не меньших – от пациента. Но если всё получается, то рецидивов не бывает. Ради этого стоит стараться и рисковать. Твоё сознание после лечения стало иным. Оно способно теперь справляться с любыми эмоциональными нагрузками, исцелять себя в процессе стресса, не доводя организм до истощения и не загоняя проблему вглубь. Оно цельное, открытое. Оно отражает окружающий мир таким, какой он есть, ничего не отторгая, не раскалывая реальность на части. Однако жить с подобным сознанием на первых порах бывает трудно. Поэтому я опасалась, вдруг ты не справишься с последствиями моего лечения? Или тебе не понравится, какой ты стала? Но другого пути вылечить болезнь тогда не было. Ты уж прости, что говорю об этом только сейчас…

- За что ты просишь прощения? – удивилась Иден. – Как может не нравиться внутренняя свобода? Способность самой определять без мучений и метаний свои истинные чувства, желания, раскрывать качества, о существовании которых раньше не подозревала? Быть честной с собой и окружающими? Возможность без усилий стать такой, какой всегда хотела быть. Единственное, к чему мне было трудно привыкнуть, так это к тому, что я вдруг стала ясно и отчётливо ощущать чувства других людей. Видеть их и слышать, словно они вполне реальны и существуют внутри меня. Но я сумела принять и эту свою новую способность. Больше она не доставляет мне неудобств. И вот сейчас… С одной стороны, я чётко ощущаю твою радость от нашей встречи, но, с другой стороны, в глубине души ты чем-то расстроена… Что-то беспокоит тебя! Не хочешь мне рассказать?

Эмма отвела глаза в сторону.

- Знала бы, что, вылечив, превращу тебя в эмпата, - отшутилась она, - тысячу раз бы подумала о дополнительных мерах предосторожности! – и добавила. – Ничего страшного, просто немного устала с дороги.

- Значит, не хочешь говорить, – понимающе произнесла Иден после короткой паузы.

Эмма тяжело вздохнула.

- Я... не могу пока. Извини.

- Не буду настаивать. Расскажешь позже. Ничего страшного.

Однако в воздухе сразу же повисло заметное напряжение.
Усевшись в одно из кресел и всё ещё не решаясь заговорить о главном, Эмма внезапно сказала:

- Я могла бы остановиться в гостинице на эти несколько дней.

- Зачем?! - удивилась Иден.

- Чтобы не стеснять вас. Всё-таки я не член семьи.

- Что за ерунда! У нас двенадцать комнат, а ты будешь снимать номер? Кроме того, тебе придётся вернуться в Санта-Клару или отправиться на Ла Пайя, потому что здесь гостиничного комплекса нет и не будет. Робби сказал, что туристов на остров не пустит, и я полностью согласна… Что? Что такое?! – спросила она, увидев, как внезапно изменилось спокойное лицо подруги.

- Ты сказала «Робби»? Я не ослышалась? – уточнила Эмма.

- Конечно, нет. А в чём дело?

- Видишь ли, владелец яхты, доставивший меня сюда, сказал, что ты замужем за испанским аристократом по фамилии Карвалио. Да и на конверте, присланном тобой, инициалы были похожи на…

Иден рассмеялась с облегчением:

- Так вот что не давало тебе покоя! Извини, я невольно ввела тебя в заблуждение. Привыкла в последнее время подписываться именем и инициалами и не подумала, как это будет выглядеть для тебя... Значит, ты всё время беспокоилась о Роберте? Решила, что я рассталась с ним, развелась с Крузом и выскочила замуж ещё за кого-то?

Эмма смущённо кивнула.

- Всё совсем не так! Роберт - мой муж и отец наших сыновей. Я тебя вскоре познакомлю с малышами, а также с Чипом и Адрианой. Просто они спят сейчас в детской, не хотелось бы разбудить...

- Нет, конечно же, не надо их будить! Но кто в таком случае «Карвалио»? – недоумевала Эмма.

- Это Роберт, - продолжала улыбаться Иден. – Не так давно он взял себе имя Сиэло Карвалио. Я расскажу всё, только для начала тебе нужно, и правда, отдохнуть. Это долгая история. Давай я покажу тебе свободную комнату, ты примешь душ и переоденешься. Робби вернётся к обеду. Поехал в Санта-Клару забирать брата из клиники.

- Брата?! – Эмма медленно поднялась с кресла. – Погоди … Насколько мне известно, у Роберта был только один брат - Куинн Армитадж. И они, мягко выражаясь, не ладили друг с другом. В итоге Куинн был вынужден покинуть Штаты, чтобы избежать тюремного заключения. Или я ошибаюсь?

- Нет. В данном случае ты не ошибаешься. Куинн спешно уехал из Санта-Барбары, но там, куда он отправился, дела тоже не заладились,  - и с улыбкой добавила, имитируя недавние интонации Эммы. – Мягко выражаясь. Тогда Армитадж неожиданно вспомнил про Лас Сиренас и решил временно отсидеться здесь, но начало очередной новой жизни оказалось опять-таки не вполне удачным. В итоге Роберт сегодня отправился в травматологическое отделение клиники Санта-Клары за этим прожжённым пройдохой, по которому плачут тюрьмы Санта-Барбары и Барселоны и которому в данный момент бежать некуда. Будет жить с нами, пока, наконец, не определится со своими жизненными приоритетами. Нельзя сказать, что я рада его присутствию, но выгнать вон человека, закованного в гипс, рука не поднимется.

- Закованного в гипс? Что же с ним случилось?! - опешила Эмма.

- Это очередная долгая история, которую тебе предстоит сегодня услышать, - усмехнулась Иден, видимо, вспоминая недавние события. – Пойдем же, провожу тебя до комнаты, - она подняла сумку Эммы с пола и удивлённо отметила. – Довольно тяжёлая!

Эмма рассмеялась.

- Там подарки тебе и детям. Хочешь, покажу?

- Не торопись. У тебя ещё будет возможность всё это подарить, когда мои неутомимые непоседы проснутся. Особенно двое старших. Увидишь, как они обрадуются твоему приезду! И отдохнуть потом у нас с тобой вряд ли получится. Ладно, идём, а то Робби вернётся и будет меня укорять, что я о тебе должным образом не позаботилась.


Сообщение отредактировал Anatta - Среда, 31.12.2014, 00:17
 
Иден_ПарризиДата: Пятница, 02.01.2015, 00:40 | Сообщение # 132
Морская звезда
Группа: Модераторы
Сообщений: 819
Награды: 7
Репутация: 3
Статус: Offline
Большое спасибо за подарок к Новому году. flower

Самая наивная сиренка в больших сиреневых очках и большом сиреневом пузыре
 
AnattaДата: Вторник, 06.01.2015, 19:56 | Сообщение # 133
Морской гребешок
Группа: Друзья
Сообщений: 88
Награды: 16
Репутация: 1
Статус: Offline
Собиралась дописать до конца раньше, чем наступит НГ, но, как всегда, не успела и получилась опять выкладка фрагментами... В любом случае осталась уже самая последняя выкладка. Постараюсь закончить если не во время праздников, то вскоре после них :D
Поздравляю всех с Новым годом и  Рождеством! 1624


Сообщение отредактировал Anatta - Вторник, 06.01.2015, 19:56
 
Иден_ПарризиДата: Вторник, 06.01.2015, 22:42 | Сообщение # 134
Морская звезда
Группа: Модераторы
Сообщений: 819
Награды: 7
Репутация: 3
Статус: Offline
И тебя тоже поздравляю! Спасибо, что не забываешь фик и нас!

Самая наивная сиренка в больших сиреневых очках и большом сиреневом пузыре
 
Иден_ПарризиДата: Среда, 09.03.2016, 22:15 | Сообщение # 135
Морская звезда
Группа: Модераторы
Сообщений: 819
Награды: 7
Репутация: 3
Статус: Offline
Уже прошел целый год.  flower

Самая наивная сиренка в больших сиреневых очках и большом сиреневом пузыре
 
Форум » Творчество » Фанфикшн: продолжающиеся проекты » Остров Русалок - 2 (Жанр: драма, романтика, приключения. Рейтинг: PG.)
Страница 9 из 10«1278910»
Поиск:

Copyright MyCorp © 2017 Конструктор сайтов - uCoz